Моя мама и ее мама – моя бабушка,жили на Набережной Кутузова в небольшой однокомнатной квартире, где они и встретили июнь 1941 года. Никого не было рядом, кто помог бы им эвакуироваться вовремя, и они остались вдвоем в Ленинграде на одну служебную карточку и одну студенческую.
Так вот в самое тяжелое время блокады, когда уже кажется, что холоднее, голоднее и ужаснее не может быть, в квартиру моих дорогих людей попадает бомба замедленного действия. Попадали и такие, которые не сразу взрывались, а через какое-то время, и удавалось даже быстро собрать кое-какие вещи и успеть выбраться из такой квартиры. Управдом предложил моим маме и бабушке выбрать любую свободную квартиру, которая бы им приглянулась. А выбор был большой – из квартир с видом на Неву, с зеркальными окнами и резными потолками. Были такие квартиры – бывшие придворные хоромы. А мои женщины выбрали маленькую 13-метровую и не с видом на Неву, а во двор-колодeц, и не барскую, а где прислуга в свое время жила, и не отдельную, а еще с тремя соседями. Спрашивается, почему? Aпотому, что там были живые люди, было теплее и маленькую комнату легче обогревать, потому что там был шанс выжить.
У бабушки выжить не получилось, она умерла 18 марта 1942 года, когда уже и хлеба было больше и Ладожскую дорогу давно открыли, но сердце ее не выдержало. Ей не было и пятидесяти. Она похоронена в братской могиле на Пискаревском кладбище, вместе с другими, многими, погибшими в 1942-м. А мама сумела выстоять, пройдя через холод, голод и бомбежки, все 900 дней блокады вместе со своим городом, со своими ленинградцами. И немалую роль в том, что она выжила, сыграла наша коммунальная квартира, соседи, которые помогали друг другу в самую тяжелую минуту.
А о том, как мой будущий папа, закончив воевать на Ленинградском фронте, остался в Ленинграде, через несколько лет встретил маму, женился на ней и тоже пришел в эту коммунальную квартиру, и как все мое детство, отрочество и юность, вплоть до окончания института, прошли в тех же стенах, о том, как складывались мои отношения с теми же соседями, с которыми моя мама прошла через всю блокаду, я расскажу как-нибудь в другой раз.
Комментариев нет:
Отправить комментарий